Каждый день мы меняемся,анализируя,меняясь в худшую или лучшую сторону.Каждый день ты,это новый человек.Нас меняет то,о чем порой мы даже не задумываемся.
Каждый день я вижу людей идущих по настилу из двух массивных досок.Я обхожу.Я помню день,тот промозглый ветряный осенний день,когда мерзли руки и ноги.Труп отравленной собаки в канаве.Мертвая тушка рыжей собаки,которых сейчас бесчисленное количество бегает по городам-помойкам,лежала и выглядела будто псина спит.Выдавали ее лишь наледь на шерсти и голова,запрятанная в остатки осенней сухой травы.Стала обходить это место.Страшно противно.Подступала тошнота,что угодно,но только не это место.В нескольких метрах храм,и детская площадка. Эту котловину сейчас почти не видно из-за заледеневшего снега и люди смело ступают,что бы перейти ее и бежать по делам,по тухлым опостылевшим делам.Люди ходят по костям.По костям этого бедного пса,убитого человеком.А через пару метров дети,горки,родители выгуливают терьеров с розовыми бантиками в комбинезонах
Каждый день я вижу людей идущих по настилу из двух массивных досок.Я обхожу.Я помню день,тот промозглый ветряный осенний день,когда мерзли руки и ноги.Труп отравленной собаки в канаве.Мертвая тушка рыжей собаки,которых сейчас бесчисленное количество бегает по городам-помойкам,лежала и выглядела будто псина спит.Выдавали ее лишь наледь на шерсти и голова,запрятанная в остатки осенней сухой травы.Стала обходить это место.Страшно противно.Подступала тошнота,что угодно,но только не это место.В нескольких метрах храм,и детская площадка. Эту котловину сейчас почти не видно из-за заледеневшего снега и люди смело ступают,что бы перейти ее и бежать по делам,по тухлым опостылевшим делам.Люди ходят по костям.По костям этого бедного пса,убитого человеком.А через пару метров дети,горки,родители выгуливают терьеров с розовыми бантиками в комбинезонах